Соня почувствовала, как ее бедный желудок заурчал, напоминая, что время обеда давно прошло, а их еда осталась в заплечном мешке Григория. Он так был уверен, что скоро вернется, или в спешке просто о том позабыл? Не подумал оставить жене и корочку хлеба.

Она гнала прочь от себя недостойные мысли о своем супруге. Не мог он бросить Софью одну, не мог! Не по-людски это, не по-рыцарски, бесчестно!

Усилием воли она затолкала обратно подступившие было к глазам слезы. Еще чего, реветь?

Соня в последний раз одним движением разложила карты веером — они, как послушные зверьки, легли, чтобы тут же собраться в колоду, — и удовлетворенно спрятала карты в карман.

— А ты говорил, Гришенька, что женщине владение карточными фокусами недоступно, — как бы продолжая спор с мужем, вслух произнесла Соня. — Значит, я стану первой женщиной, которая этого добьется. Подозреваю, ты просто плохо знаешь женщин!

В приоткрытую дверь Соне было видно, как снаружи постепенно сгущаются сумерки. Она подумала, что до сих пор не посмотрела, есть ли поблизости вода. Не может быть, чтобы живший здесь лесник поставил свою избушку там, где ее нет, или вдалеке от ручейка или родника.

Молодая женщина решила внимательно оглядеть свое прибежище. На сучке у двери — почему она раньше не заметила? — висел выдолбленный из дерева ковшик, от старости потемневший. Видимо, когда-то им пользовались частенько.

Она прихватила с собой этот ковшик и вышла на покосившееся крылечко. Прислушалась. Ей показалось, что где-то журчит ручей. Соня пошла на звук и, к собственной радости, обнаружила совсем близко небольшой родничок с холодной прозрачной водой.

Она с удовольствием напилась, умылась и вернулась к своей «избушке на курьих ножках».

Она опять, более тщательно прошлась по небольшому пространству сторожки, на этот раз осматривая все углы. Ее поиски увенчались успехом. В углублении возле грубо сложенного очага она отыскала плошку с остатками масла и фитильком, кремень с кресалом и чуть повыше, тоже на небольшом сучочке, связку каких-то коричневых комочков, оказавшихся вполне съедобными сушеными грушами.