Путешествие оказалось долгим, но интересным и захватывающим: поездом до Одессы, потом одним пароходом до Стамбула, оттуда другим – до портового ливанского города Тира, затем снова поезд – до Бейрута, а уж затем в Дамаск… И чем дальше на юг, тем более настоящим становилось лето: яркое, солнечное, жаркое! Не чета дождливому московскому!
Глава 2
Какие звонкие названия были в этой земле! Эль-Аси, Джебель-эш-Шарки, Джедире… Название столицы – Дамаск – звучало лучшей в мире сталью. И как не похоже на Россию, хотя, когда они подъезжали к Дамаску, Злате казалось, что она ненадолго возвращается на родину, так похож был пейзаж на южные российские степи, – и тут же в поле зрения попадала рощица пышных олив, и сходство мгновенно пропадало.
Злата не отрывалась от окна поезда, который вез их с отцом из Бейрута в Дамаск – в Бейруте у Петра Евгеньевича тоже обнаружились дела, и пришлось задержаться на пару дней. Стояла безумная жара, но Злата не обращала на пекло внимания: вокруг столько всего интересного! Спасали легкие шелковые платья, которые она привезла с собой из Москвы и еще парочку купила в шумном гостеприимном Бейруте.
Вместе с отцом, своей горничной Дуней и Тимофеем они прогулялись по городу, который за свою бурную историю несколько раз полностью разрушали и восстанавливали. Петр Евгеньевич сказал, что поэтому его часто называют городом-фениксом. Злата ничуть не скучала ни по оставленным в Москве подругам, ни по Аннушке, стоя на площади у дворца Гран Серай или гуляя по улице Риад ас-Сольх. Незнакомые названия звучали сладкой музыкой, и их можно было проговаривать до бесконечности, как заклинания или стихи. Злата упивалась ими и смотрела на незнакомый удивительный мир из-под полей новенькой соломенной шляпки.