— Где это вы ходите, Артем Николаевич? Машина давно стоит, а хозяин исчез? Мы уж со Стаськой не знаем, что и думать.

— Устал, — бросил Артем, не поднимая глаз. — Прошелся по бульвару.

— Личико-то покажи, Гюльчатай, — засмеялась Аня. — Ужинать будешь? Я уже два раза разогревала.

— Конечно, буду! Странные какие-то вопросы.

— Ну иди мой руки. Стаська уже поела, а я тебя жду.

— Может быть, дашь мне переодеться? — раздражился Артем.

— Может, и дам, — перестала улыбаться Аня. — У тебя неприятности? Что-нибудь на работе?

Артем не ответил, ушел в комнату. Он всегда ненавидел эту гнусную манеру — нашкодив, вымещать злость на жертве. И вот сейчас сам вел себя так же. Или дело совсем не в этом? А в том, что «жертва» самим фактом своего существования мешала ему шкодить дальше? А разве он собирался? Тысячу раз нет! То, что сейчас было между ним и Зоей, — простая физиология, нелепая случайность, минутное затмение, ничто, пустое место! Выброс гормонов… Он зажмурился, вновь остро пережив этот быстрый, яростный секс, вселенский взрыв, распыливший его на мириады частиц, экстаз изнемогающей в конвульсиях плоти, наваждение, морок, неутолимую жажду…

— Пап! — заглянула в комнату Стася, и Артем вздрогнул, будто она застала его за чем-то постыдным или могла прочитать мысли. — Ну иди уже! Мама зовет…

— Помнишь, в параллельном классе учился такой Генка Крючков? — спросила Аня, ставя перед Артемом тарелку и старательно делая вид, что ничего не происходит.