Когда он вышел, Элизабет взяла еще один перец. Она взвесила его на руке и замерла, размышляя.

Ужин был уже готов, когда Том и Брейди, поиграв со щенками в конюшне, вернулись в дом. А вскоре и Джек закончил работу на ранчо.

Элизабет напомнила, чтобы все вымыли руки перед тем, как сесть за стол.

– Пожалуйста, передайте тарелки. Я подам вам блюдо в горшочке. – Она заметила, что Джек даже не пошевелился, и еле удержалась от смеха. – Сначала ты, Брейди. Дедушка и Джек попробуют его после тебя.

Брейди протянул тарелку матери. Она положила ему одну ложку. Потом две ложки на тарелку Тома. Джеку Элизабет положила три порции.

– Хватит, Элизабет! Я не так уж голоден…

– Чепуха! – Она зачерпнула еще одну ложку. – Я видела, какой у тебя аппетит.

Джек продолжал колебаться. Наконец он подцепил вилкой кусочек и отправил в рот. А затем удивленно улыбнулся.

– Восхитительно!

– Не слишком остро?

– Нет, просто прекрасно!

Она улыбнулась в ответ.

– Я же говорила, что ты можешь мне доверять. – Да, блюдо на этот раз было не острое, но какое искушение ей пришлось испытать!

Элизабет услышала, как Дженни проснулась: лежа в кроватке, малышка пошевелилась и заворковала.

Элизабет буквально взлетела по лестнице наверх. Те, кто сидел за столом, услышали по монитору, как нежно она разговаривает с маленькой Дженни.

Том кивнул.

– Она хорошая мать. Я так и знал, что она окажется хорошей матерью.

– Да, моя мама очень хорошая. – Брейди широко улыбнулся дедушке.

– Давайте уберемся, пока она заботится о Дженни.

Брейди вскочил, и мужчины – все трое, и маленький, и большие, – стали собирать посуду со стола. Когда в кухню вошла Элизабет с Дженни на руках, они как раз загружали посудомоечную машину.

– Спасибо, ребята. Вы замечательно поработали.

– Я им помог, мама! – с гордостью объявил Брейди.

– Конечно, помог, дорогой. Ты очень хороший и уже большой мальчик.