Тина знала, что брат должен разузнать, как можно забрать их вещи из багажного вагона в хвосте поезда и переместить их в парижский экспресс.

Багаж был еще одной проблемой, с которой она справилась, следуя руководству Кендрика, казавшемуся Тине крайне мудрым.

— Вряд ли тебе позволят взять в Эттинген твои лучшие бальные платья, — заявил он. — Значит, тебе надо приготовить еще один чемодан, который ты уложишь сама, а я, как только мы станем подъезжать к узловой, сорву с него ярлык и прилеплю новый, который уже будет у меня в кармане.

— О Кендрик, но дело становится запутанней и запутанней с каждым мгновением! Не покажется ли моей горничной странным тот факт, что я сама пакую чемодан?

— Ты должна придумать какую-нибудь отговорку, — отрезал брат. — В конце концов, Мария все-таки чрезвычайно тебе предана, и если ты доверишься ей под большим секретом, не думаю, чтобы она побежала и донесла матери.

И это был почти верный ход; дело кончилось тем, что Тина просто призналась горничной, будто хочет взять с собой несколько самых элегантных платьев, так как надеется на многочисленные приглашения как на маленькие вечеринки, так и на балы.

— Но, пожалуйста, Мария, никому не говори об этом, потому что, как я тебе уже не раз жаловалась, мы с его королевским высочеством отправляемся в Эттинген исключительно для занятий. А три недели… это слишком большой срок, чтобы ни разу не выпустить из рук книгу.

Горничная, и без того преданно любившая девушку, растрогалась.

— Моя матушка всегда говорила мне, что юность бывает лишь раз в жизни — а уж вашу-то юность я никому обеспокоить не дам, ваше королевское высочество!

— Я верю тебе, милая Мария. И, дабы подкрепить свои слова, Тина подарила горничной одно из своих платьев, которым та давно восхищалась, — и договор был окончательно закреплен, результатом чего явилось то, что Мария, конечно, уложила секретный чемодан гораздо более аккуратно и тщательно, чем это сделала бы сама принцесса. Кроме того, горничная настояла, чтобы ее хозяйка взяла с собой и две шляпные коробки, в одной из которых уместились все самые изысканные шляпки, которые Тина носила только по торжественным случаям.