Но разве она виновата в его подозрениях? Его-то она ни в коей мере соблазнить не пыталась. Его плотным покрывалом окутал удушливый стыд и он почувствовал, как на щеках появились горячие пятна. Он вспомнил, что подобного неприятного чувства не испытывал давным-давно, возможно, со школьной скамьи.

Скованно предложил, не зная, как исправить ситуацию:

– Ладно! Убедили! Я прошу прощенья за свои грубые слова! Давайте начнем всё сначала! – он протянул для примирения раскрытую ладонь, но Даша и не подумала протянуть в ответ свою.

– С чего это вы вдруг сменили тактику? Решили взять небрежной лаской? И что вы имели в виду – начать все сначала? Память потерять или заново родиться?

Она болезненно поежилась, вспомня свою первую ночь с Валерием. Да, было бы неплохо начать всё заново и не делать больше подобных глупостей.

– Вам что, холодно? – он приподнялся, намереваясь сесть с ней рядом в кресле, чтобы предложить собственное тело в качестве грелки.

Испуганно встрепенувшись, Даша пресекла его нагловатые попытки.

– Нет, просто неприятно находиться рядом с вами. Почему бы вам ни пойти к себе в номер? Уже поздно.

Он откинулся на спинку стула и отрицательно качнул подбородком. Капризно протянул:

– Не хочу. Там одному скучно.

Она кисло заметила:

– Развлечения для скучающих отпускников из меня не получится. Зря надеетесь. Лучше телевизор включите. Он гораздо интереснее. И информативнее.

Юрий протянул руку, утешающе погладил ее по порозовевшей щеке и заметил, сверкнув серыми глазами:

– Ну почему же! Вы уже скрасили беспросветные дни моего здесь пребывания! Если бы не вы, я сбежал бы отсюда через день!

Он хотел повторить, что, если бы она украсила собой не только дни, но и ночи, то отдых стал бы для него намного приятнее, а для нее намного выгоднее. Но, встретя ее суровый, в упор глядящий на него взор, запнулся и промолчал, удивившись самому себе.