Внезапно посреди полной тишины послышался неприятный поскрипывающий звук. Дверь в сестринскую, как обычно, была открыта настежь для своевременного обнаружения очередной проверки. Но на этот раз на начальственную инспекцию было не похоже: поскрипывание приближалось не со стороны вестибюля, а со стороны второй лестницы, считавшейся запасной. Ею почти не пользовались, поскольку постояльцы предпочитали лифт, или, в крайнем случае, главную лестницу, выходящую прямо в вестибюль. По запасной, как правило, ходили лишь посетители ресторана, пристроенного к их корпусу совсем недавно и здорово осложнившего и без того неспокойную жизнь медперсонала.

Вот таинственное поскрипывание оказалось совсем рядом, и она поняла, что это чьи-то легкие шаги, заглушаемые ковровым покрытием. Похоже, кто-то крался на цыпочках, стараясь остаться незамеченным, но его выдали чуть поскрипывающие ботинки. Среди дневного шума этот звук был бы не слышен, но посредине ночного безмолвия звучал явственно и зловеще.

Вряд ли это почтенная дама, спешащая за лекарством для внезапно занемогшего супруга. Уж скорее скучающий бездельник, считающий, что его визит – настоящий подарок для такой обездоленной маленькой медсестрички, как она. Ну конечно, ведь ресторан закрылся, а плотские потребности ищут удовлетворения.

Даша превратилась в соляной столб, пытаясь определить, не свернут ли шаги в сторону вестибюля. Нет, не свернули. Бояться она не боялась – рядом охранники, крепкие тренированные мужчины, но на душе стало противно. Она неприязненно сморщила носик, готовясь к приему непрошеного гостя.

За время работы ей пришлось выслушать немало самых разнообразных предложений, от руки и сердца до откровенных приглашений покувыркаться вдвоем в мяконькой постельке.