«Что же могло случиться?»— подумала Девайна, содрогнувшись от собственных тревожных мыслей. Однако она строго приказала себе не поддаваться панике. Она ведь должна поддерживать надежду в своей матери, но для этого ей нужно быть стойкой самой.

Да и денежный вопрос, постоянно занимавший ее мысли, помогал отвлечься.

Прислуги у них было немного. Кухарка Бесси жила с ними уже двадцать лет, и они не смогли бы теперь обойтись без нее. Еще Эми, которой было под пятьдесят. Она поступила к ним через два года после Бесси, когда они жили в поместье. И последней была горничная ее матери, которая до этого нянчила маленькую Девайну, и уже давно стала членом их семьи, и они не представляли, что бы они без нее делали.

«Мы можем уехать домой, — рассуждала Девайна, — но, когда папа вернется, он рассердится, если не найдет нас там, где просил его подождать».

Она отошла от стола со счетами в другой конец комнаты, где на стене висела акварель, которую, как считалось, или нарисовал владелец дома, или кто-то ему ее подарил. Она никому не нравилась, и, глядя на нее, Девайна подумала, что она смогла бы нарисовать гораздо лучше. И тут у нее мелькнула идея, более того, она удивилась, что эта идея не пришла ей в голову раньше.

У Девайны было два таланта: она рисовала и шила. И когда она подумала о своем умении рисовать, то вспомнила о своей учительнице. Как это глупо: пробыть столько времени в Лондоне и ни разу не попытаться встретиться с ней. Хотя Девайна всегда этого хотела. Но она ждала, пока маме станет лучше, и они смогут найти магазинчик Люси Крофтон где-то недалеко от Бонд-стрит.

«Я должна немедленно увидеть Люси!»— решила Девайна. И, захваченная этой мыслью, она побежала вверх по ступенькам.

Как и ожидала, она застала Эми за уборкой спальни.

— Надень шляпку, Эми, — сказала она ей. — Мы уезжаем.

— Но я занята, мисс Девайна, — возразила Эми, — да и куда это вы собрались?