Рита поставила коробку в свой пикап.

— Я думаю, что Томас Т. любит Мег.

— Да, любит. — Кит пристроила свою коробку рядом. — На самом деле он сыграл решающую роль в том, что они снова сошлись. И я думаю, что теперь, когда Джеси и Мег опять вместе, он не хочет быть для них обузой.

— В таком случае разве не правильно рассчитывать на Буна? Он ведь тоже из рода Таггартов.

Кит поджала губы, вспомнив спокойно вошедшего в комнату к больному Буна.

— Ты никогда бы этого не сказала, посмотрев на него или послушав его.

— Я на него посмотрела, и он довольно хорошо выглядит. — Рита смешно поиграла бровями, потом распахнула дверцу кабины пикапа и села за руль. — Ты как, сможешь выдержать совет человека постарше тебя и, надеюсь, более благоразумного?

Кит тяжело вздохнула.

— Это обязательно?

— Обязательно. — Рита захлопнула дверцу и высунулась из окна. — То, с чем мы столкнулись здесь и сейчас, — это, как говорится, следствие твоей неадекватной реакции…

— Я тебя больше не знаю!

— Послушай, когда тебе было пятнадцать лет, ты свалилась на Буна Таггарта как снег на голову. Нет, не отрицай этого! Я все видела. Видела, как ты ходила за ним по пятам, когда он играл главную роль в представлении, посвященном Дням Шоудауна.

Кит почувствовала, как ее щеки запылали от стыда.

— То глупое увлечение прошло, — с трудом проговорила она, — и не имеет никакого отношения к настоящему.

— Имеет, причем самое прямое, потому что с тех пор, что бы он ни сделал, все в твоих глазах было неправильным. Я думаю, ты восприняла его отказ от тебя, как отказ от Томаса Т., и ранчо «Рокинг Т»., и Техаса, и всего вместе взятого.

— А разве вышло не так?

— Думаю, нет, не так. Потому что, прежде всего, Бун никогда не отвергал тебя.

— Странно. Это выглядело как отказ.