— Вот имя и адрес врача, — сказал префект, разыскав в деле копию свидетельства о смерти. — Доктор Вальлавуан, улица д'Астор, 14.

Затем Демальон перелистал справочник и немного погодя объявил:

— Нет доктора Вальлавуана, и в № 14 по улице д'Астор вообще не значится никакого врача.

Наступило продолжительное молчание.

— Несомненно, обстоятельства внушают подозрения, — снова заговорил префект. — Вы полагаете, что существует связь между возможным преступлением и завещанием господина Морнингтона? — обратился он снова к дону Луису.

— Не стану утверждать, для этого надо было бы прежде всего, чтобы содержание завещания было кому-нибудь известно. Считаете ли вы это возможным, метр Лемертюм?

— Не думаю. Господин Морнингтон, видимо, держал все в тайне.

— А у вас, в вашей конторе? Никто не мог ознакомиться с ним?

— Оно лежало в несгораемом шкафу, куда я каждый день прячу все важные бумаги.

— Вы были у Космо Морнингтона утром? Куда вы положили завещание до вечера? Куда вы прячете все? В несгораемый шкаф?

— В ящик письменного стола.

— И на этот ящик никто не покушался?

Метр Лемертюм молчал огорошенный.

— Да… припоминаю… что-то было… в тот самый день… вернувшись после завтрака, я увидел, что ящик не заперт, хотя я был твердо уверен, что закрыл его на ключ. Тогда я не придал этому значения.

Так подтверждались одна за другой все гипотезы дона Луиса, делая честь его удивительной интуиции и догадливости.

— Мы сейчас будем иметь возможность проверить ваши утверждения, несколько рискованные, признаюсь, — сказал префект, — показаниями одного из моих агентов. Позвольте… Припоминаю… Он только что говорил моему секретарю о каком-то преступлении ровно месяц тому назад. Это был день смерти господина Космо Морнингтона.

Резким движением господин Демальон нажал кнопку звонка. Вошел секретарь.

— Агент Веро?

— Не приходил.

— Пусть разыщут! Пусть приведут во что бы то ни стало!