На длинном постаменте в резных красных креслах сидело семеро старейшин. То, что это старейшины, было понятно по особой ауре силы, окружающей их. Они были, словно каменные изваяния, бледные и неподвижные. Интересно, они дышат?

— Хмель Лариса Викторовна? — я вздрогнула от этого шелестящего голоса.

— Да, это я, — удивляюсь я своей выдержке.

— Как дочь величайшего Красного вампира, вы должны передать нам то, что вам завещал ваш отец. Медальон, госпожа!

У меня непроизвольно вырвался истеричный смешок:

— Вы, конечно, меня извините, но вы ошибаетесь: мой отец не вампир. И, уж тем более, он мне ничего не завещал, кроме отчества. Никакого медальона у меня никогда не было.

Ну, все — это конец моей недолгой и бесславной жизни! Старейшины в ярости повскакивали с мест, все вампиры раздраженно зашипели, как будто я нанесла им величайшее в жизни оскорбление.

— Василий! — приказал вчерашний неудавшийся Дракула. — Обыщи ее!

Бедняга Василий уперся в стенку руками и ногами, глядя несчастными глазами на Дракулу.

— Черт! — ругнулся последний. — Любой из нас разорвет ее на куски, если приблизится — я сам вчера ощутил власть ее крови.

С центрального кресла поднялся длинный и тощий, как жердь, вампир и направился ко мне.

— Интерессно! — он кружил вокруг меня, как акула, исследуя и смакуя запах моей крови. — Ее кровь, конечно, волшебна и притягательна, но это не объясняет отсутствия медальона. Тем не менее, я его чувствую! Так же сильно, как и аромат ее крови. Я вот думаю, а мог ли Виктор наложить на медальон чары, благодаря которым даже его дочь не видит его?

— Но, князь, что же нам делать? — кажется, вампиры еще в большем недоумении, чем я.