Хэйдон поднял свой кейс и неохотно последовал за ней. Убить ее мало! Прикатила на своей красной машине. Тоже под цвет ногтей. Больше за душой ничего - только маникюр да машины. Пустышка.

Сказать бы ей, чтобы убиралась ко всем чертям, и взять такси. И зачем он провел с ней ночь? Если бы не это, она бы к нему и не лезла.

- Ты уверена, что хочешь поговорить именно сейчас? - тихо начал он. - Я не спал трое суток. И не способен на адекватное восприятие.

- Я хотела поговорить о нашем будущем.

- Говори, - прорычал Хэйдон.

Он бросил свой кейс на заднее сиденье автомобиля, уселся рядом с ней и пристегнул ремень безопасности. В Нью-Йорке сейчас только четыре утра. Хэйдон закрыл глаза.

Виола начала говорить. Когда они выехали на главное шоссе, ведущее к Лондону, она была только в середине своей проникновенной речи.

- Мы ведем себя глупо, - жужжала Виола. - Мы же взрослые люди, оба знаем, чего хотим.

Хэйдон приоткрыл один глаз.

- Ну и?…

- Ты просто трусишь, Хэйдон, - нервно хихикнула она, - однажды ты уже обжегся и теперь дуешь на воду.

- Ты права. Я умею извлекать уроки из прошлого.

Но Виола не желала его понимать.

- Ты зациклился на работе. Типичный случай.

- Что ты имеешь в виду?

- Мой врач говорит, что преуспевающие бизнесмены обычно живут в своем собственном ограниченном мирке. Проблема состоит в том…

Хэйдон отключился. Этого стерпеть невозможно. Когда Виола заводила речь о своем психоаналитике, в нем просыпался убийца. «О Бэйтс, Бэйтс, где же ты?» - тихо простонал он.

А Виола все продолжала анализировать свой характер. Даже на дорогу не смотрела. Они проехали Вестминстерский мост, а потом свернули на тихую Джорджианскую площадь, где жил Хэйдон. Машина остановилась.

- Что скажешь? - спросила Виола.

- Насчет чего? - откликнулся Хэйдон.