Но измученные пробежкой по ноябрьскому лесу босые ноги постепенно отходили в тепле и начинали сильно ныть. Ступня, которую она все-таки подвернула в оранжерее, налилась пульсирующим жаром. Пусть Казим немедленно прекратит разыгрывать образцового дворецкого и оставит ее в покое. Но он, как назло, преувеличенно медленно водрузил сумку на кушетку и теперь открывал шкафы с одеждой, источающей слабый запах лаванды.

— Благодарю вас, вы свободны. Дальше я разберусь сама. — Наташа, прихрамывая, вошла в комнату и опустилась на кровать. Казим словно не слышал.

— Здесь ваша ванная. — Он открыл двустворчатую дверь, которую она приняла бы за очередной шкаф. — Мисс Даре просила вас проинструктировать.

— Спасибо. Я приблизительно догадываюсь, как пользоваться ванной.

— Это ванная особенная.

Господи, он никогда не уйдет. Наташе пришлось подняться и заглянуть в ванную из-за его спины.

— Замечательно, спасибо… — Она осеклась. Интерьер комнаты по сравнению с отделкой ванной вполне можно было назвать убогим. Огромное помещение зеленого мрамора, раковина, инкрустированная золотом, душевая кабина, напоминающая кабину звездолета, золотые краны и сама ванна, утопленная в пол и больше похожая на бассейн. — Вот это да! Египетский стиль, говорите?

— Голливудский египетский стиль, — уточнил Казим. — Напоминает декорацию к фильму, не правда ли?

— Что-то из жизни шейха, — согласилась Наташа.

— Да? — Он внимательно посмотрел на нее. — При желании это можно устроить.

Наташа была настолько переполнена впечатлениями, что не уловила смысл фразы. Она вообще едва слушала Казима, который принялся объяснять, как пользоваться душем и джакузи. Почему сорвался их девичник? Сейчас они с Иззи уселись бы прямо на мраморный пол с подогревом и до слез хохотали бы, рассказывая друг другу события последних шести месяцев. Вместо этого приходится принимать участие в чужом, плохо поставленном и совершенно непонятном спектакле.