— Он хозяин виллы. Господи, я надеюсь, ты его ничем не оскорбила?

Оскорбила! Да я с ним почти поцеловалась! — чуть не воскликнула Наташа.

— Почему же он не сказал? Он же видел, я приняла его за слугу!

— Наверное, хотел подшутить. Доминик говорит, он большой любитель розыгрышей.

— Можешь передать, что я в восторге. — Да уж, своим поведением и особенно тапочками с котятами она дала повод к неисчерпаемым шуткам на весь остаток этого злосчастного уик-энда!

— Не сердись, Наташа. Он шафер Доминика, а ты подружка невесты. Вы не должны ссориться, обещаешь?

— Можешь на меня положиться. — Наташа взяла себя в руки. В конце концов, она не имеет права портить самый знаменательный день в жизни подруги. И так уже произошло достаточно недоразумений. — Я буду любить его просто сестринской любовью.

Уже через несколько минут Наташе пришлось в полной мере доказывать верность своему слову. Она болтала с гостями, хохотала над чужими шутками, ела жареные сосиски, пила холодное как лед шампанское — в общем, делала вид, что получает большое удовольствие от вечеринки. Хотя на самом деле мечтала только об одном: растянуться на широкой кровати и забыться блаженным сном.

— Ищите повод скрыться? — раздался голос за спиной.

— Опять смеетесь? Мне рассказали о вашей любви к розыгрышам. — Она замерла, но не оглянулась. Никакие силы сейчас не заставят посмотреть в темные насмешливые глаза.

— Успели собрать на меня досье?

— И в мыслях не имела. Иззи лишь сказала, что вы, — в последнее слово она постаралась вложить всю иронию, на которую сейчас была способна, — хозяин этой виллы.

— Которая совершенно не в вашем вкусе, — подхватил Казим. — Хотя, согласитесь, египетская ванная не так уж и плоха.

Наташе пришлось напомнить себе об обещании, данном подруге.

— Послушайте, может уже достаточно меня дразнить?