— Ладно, — выдохнула она, — вы можете закончить сами.

— Хочу напомнить вам, какие большие деньги платит вам моя мать, чтобы вы исполняли все мои желания и требования, — сказал он. — Заканчивайте сами.

Рэйчел сжала зубы и подтянула брюки до талии, стараясь не обращать внимания на бугры и изгибы мужского тела.

— Какую рубашку вы хотите надеть? — Она не старалась скрыть триумф, прозвучавший в ее голосе.

— Возьмите любую, — с раздражением сказал он.

Открыв дверцу гардероба, Рэйчел достала серую трикотажную рубашку без рукавов, застегивающуюся впереди на молнию.

Николас Бонелли смотрел на нее ястребиным взглядом.

— Ну, вот, — жизнерадостно произнесла Рэйчел. — Все сделано. — Но прежде, чем она смогла сделать шаг назад, он поднял руку и задержал ее.

— Мы явно сделали не все, мисс Стюарт. — Он притянул ее ближе.

Разве могла она оттолкнуть или ударить искалеченного человека?

— Вы хотите надеть ботинки и носки?

— Нет, мисс Стюарт, я хочу совсем другого. — Его пальцы гладили ее бок. — Мне нравится ваш рот. Большой, чувственный рот, губы розового оттенка, как клубничное мороженое. Ваши губы на вкус так же хороши, как на вид?

— Я не знаю. — Она невольно вздрогнула от его горячего взгляда из-под тяжелых век. Она стукнулась бедрами о край стола, когда он притянул ее к себе, и оказалась между его раздвинутыми ногами.

— Когда я чего-то не знаю, — мягко сказал он, — я должен это изучить. — Наклонившись, он провел кончиком языка по ее сомкнутым губам, затем обхватил своими губами ее нижнюю губу и впился в нее. — Я схожу с ума от любопытства.

Николас закрыл ей рот своими губами, погружая ее в мягкую, влажную теплоту. Она стояла очень спокойно, боясь пошевелиться, чтобы не причинить ему боль. Она была куклой, а он дергал за веревочки. Но поскольку по натуре она не была пассивной, то вскоре уже отвечала поцелуем на поцелуй, стремясь изведать вкус его губ.