Далее он направился к Филдстонам на вечер, которого ждал целую неделю. На этом вечере он сумел добиться личной аудиенции у директора Военного департамента. Там же он наткнулся на Филиппу Беннинг — светскую достопримечательность. Юной богине воздавали прямо-таки культовые почести. Он застал ее в тот момент, когда она подкупала ребенка сладостями, чтобы заставить его шпионить за этим хлыщом Бротоном.
На Филиппу он наткнулся, когда шел в библиотеку на встречу с лордом Филдстоном, который и был тем самым директором военного ведомства и для которого войти в тесную библиотеку было поистине подвигом — он был так же широк, как и высок. Когда Маркус услышал лязганье замка, то сразу понял, что его пытается открыть кто-то чужой, не умеющий с ним обращаться… И каково же было его изумление, когда он разобрал характерные женские вздохи и ворчание — не иначе как миссис Беннинг! И поскольку он вовсе не желал, чтобы она застала его здесь, ему пришлось срочно подыскивать убежище, и самым вместительным здесь был, разумеется, саркофаг, который, по счастью, оказался без своего исторического владельца. Несколько ярдов ветхой ткани на дне смягчили его ложе. Хвала Филдстону, который привнес в этот саркофаг одну исторически недостоверную деталь, а именно плавающие шарниры для крышки.
Так ему пришлось стать свидетелем свидания Филиппы с маркизом Бротоном. Ничего интересного, никакой полезной информации, которую можно было бы домыслить на досуге. Когда же она неожиданно свалилась на него сверху, его воображение заклинило. Слишком сильна была реальность. Ее твердая лодыжка громко стукнулась о его голову, а сама она с комфортом разлеглась на его согнутом колене и мягкой внутренней стороне голени.