Когда приехала московская комиссия, психопаты, которых заранее подготовила Клара Иосифовна, в один голос заявили, что они иногда ночью, когда Самойлов мешал им спать, колотили его, а с дураков спросу мало, тем более что, как убедилась комиссия, бедолагу некуда было спрятать и негде изолированно содержать, всем он мешал, всем надоедал. Лагерные бедламы к тому же всегда были переполнены сверх всяких санитарных норм, а уж про гигиену и воздух и говорить не приходилось.

Словом, Клара Иосифовна кое-как выкарабкалась из беды, а оказавшим ей услугу психопатам она преподнесла по пачке сигарет, а некурящим — по конфетке…

… Не было, конечно, на этом сходняке Виктора Осинина, ставшего злейшим врагом банды Людоеда.

Из прежних членов клана уцелел Лютый, который откинулся почти одновременно с Котенкиным, хотя Михайлову первоначально была определена мера наказания в десять лет, но он «раскрутился» в зоне еще на целых пять лет за изнасилование одного «голубого», высокого крупного мерина со смачными полными губами и кокетничающими глазами. Блатные «спецом» подогнали Лютому этого пышного породистого «петушка», дабы иметь компромат против Михайлова и урвать его хлебное место завхоза санчасти для своего землячка, покладистого и «своего в доску» парнишки, благо тот пообещал им наркоту и колеса.

— Ну что, братцы-кролики, — спокойно и сосредоточенно обратился Людоед к своим кентам, когда все утихли. — Дела-то неважнецкие. Бабулек

— Хэ, — хмыкнул один из новичков, озорной, бесшабашный парень по кличке Узбек, получивший свое прозвище за азиатское выражение лица. — Штопорнуть кого-нибудь и ничтяк. Что, мало чертей сейчас на курортах? Подошлем какую-нибудь биксу к жирному «гусю», она его затащит в проходняк, и мы его дербанем

— Да лучше уж хатенку какую-нибудь вымолотить

— А ты как мыслишь, Лютый? — обратился Котенкин к Михайлову.

— Все это не то, я думаю, — сдвинув к переносице брови, проговорил Лютый. — Менты не такие уж и быки, чтобы не выкупить нас, когда мы начнем действовать. Они шифруют все на ходу, и у таких, как мы, плотно сидят на хвосту. Переждать надо, думаю, малость, а потом уж можно потихоньку и загулять.