- Король, несомненно, будет... удивлен...
- Что?! - раздался громовой голос Генриха.
- Полагаю, он именно сейчас узнал об этом, - заметил Эрик.
Вид разъяренного монарха был картиной не для слабонервных, Лицо Генриха исказила ярость, оно так покраснело, что казалось лиловым. Даже волосы словно вспыхнули огнем его темперамента и стали вновь огненно-рыжими. Он сердито направился к ним, сжав кулаки. Его дочь следовала за ним, удивленная и слегка растерянная.
- Я думала, ты знаешь, папа. Я полагала, что ты получил мое послание, и приехал, чтобы присутствовать... - Её слова затихли, когда Генрих резко остановился и в ярости посмотрел на нее.
- Этого не будет! Ты слышишь меня? Ты не будешь, Я повторяю, не будешь монахиней!
- Но...
- Твоя мать - да упокоит Господь ее душу - настояла на монастыре перед смертью, и тогда я ничего не мог поделать. Но сейчас я могу помешать этому и помешаю. Я твой отец, и я не позволю тебе разрушить свою жизнь, став монахиней.
Розамунда на мгновение оторопела от этих слов. Потом, увидев напряженное выражение лица аббатисы, воспринявшей слова короля как оскорбление, она дала волю своему норову:
- Я вовсе не разрушу свою жизнь. Стать невестой Господней вполне достойно. Я...
- А Господь наградит тебя детьми? - прорычал Генрих, перебивая ее.
Розамунда на секунду растерялась, но тут же пришла в себя и быстро проговорила:
- Возможно. Он подарил Деве Марии Иисуса.
- Иисуса?!
В эту минуту всем показалось, что Генрих либо лопнет от ярости, либо упадет замертво. Его лицо посинело от гнева. Но тут вмешался епископ, отвлекая внимание короля мягкими словами:
- Ваше величество, стать невестой Господа - большая честь. Если таково призвание Розамунды, не следует заставлять ее...
- Вы! - набросился Генрих на епископа. - Я не желаю слушать ваши религиозные бредни. Из-за ваших сомнений мы едва не опоздали. Если бы я случайно не узнал о разорванной помолвке Эрика и не выбрал его женихом вместо Ростена, мы бы приехали слишком поздно! - Резко обернувшись к аббатисе, он закричал; - Почему мне не сообщили об этих планах?