И та и другая были неимоверно высоки, и у той и у другой были вытянутые, костистые, анемично честные лица; однако Друсилла выглядела крепко сбитой и сильной, в то время как Октавия была сутулой и скрюченной из-за давнишней болезни костей. Мисси тоже можно было назвать высокой, хотя и не в такой мере, как ее мать или тетку. Ее рост был всего пять футов и семь дюймов — на три дюйма меньше, чем у тетки, и на целых пять чем у матери. На этом их сходство с Мисси и заканчивалось, потому что Мисси обладала плоской грудью, а они — полногрудые; и, наконец, черты лица Мисси были столь же мелкими, сколь крупными у матери и тетки.

Кухня представляла собой большое помещение с голыми деревянными стенами, выкрашенными в коричневый цвет. и располагалась позади тускло освещенной центральной комнаты. Убранство кухни полностью соответствовало общей угрюмой атмосфере, царящей в доме.

— Пока ты не ушла на огород за бобами, почисти-ка картошку, Мисси, — сказала Октавия, повязывая лямки необъятного коричневого передника, предохраняющего ее коричневое платье от опасностей, иногда возникающих при стряпне. Пока Мисси чистила три картофелины, каковое количество считалось достаточным, Октавия поворошила угли, тлеющие во чреве железной черной плиты; затем она подбросила дров, повозилась с вьюшкой, чтобы увеличить тягу, и поставила на плиту огромный железный чайник. Проделав все эти операции, она направилась к кладовке достать необходимые припасы для завтрашней утренней каши.

— Ах ты, боже мой! — воскликнула она через мгновение, демонстрируя коричневый бумажный пакет, из углов которого, словно набухшие снежные хлопья, посыпались овсяные зерна.

— Ты только посмотри! Мыши!

— Не волнуйся, сегодня вечером я поставлю мышеловки, — без особого интереса отозвалась Мисси, складывая очищенные картофелины в горшочек с водой и добавив щепотку соли.

— От того, что ты их поставишь, завтрак сам не приготовится. Поэтому иди, спроси разрешения у матери, можно ли тебе сбегать в лавку дядюшки Максвелла за овсом.