— Ну что ж, мама, благодаря вам мы выиграли.

Он остановился возле камина, высокий, очень уверенный в себе и торжествующий. Если он не ее сын, мелькнуло у нее в голове, то ей очень бы хотелось иметь такого сына. В сравнении с ним все его сверстники выглядели вялыми и худосочными.

Леди Мальвина тоже чувствовала себя прекрасно. Ведь это была и ее победа. Теперь она могла вернуться в усадьбу Маллоу и в первый же подходящий момент попросить сына уплатить ее долги.

— Блейн, дорогой мой, я так счастлива. Не то чтобы я хоть на минуту усомнилась. Правда должна была восторжествовать.

— Ее можно вывернуть наизнанку. Мой кузен Амброс с радостью бы это сделал.

— Еще бы, с его изворотливым умом адвоката! Ты понимаешь, дорогой, что я чуть было не лишилась своего дома?

— Да, мы все прекрасно понимаем, чего вы чуть было не лишились, мама.

Насмешливый и значительный тон его низкого голоса заставил леди Мальвину высокомерно вздернуть голову.

— И ты тоже, сынок, мог потерять.

Закинув голову, Блейн захохотал, весело, от всей души. Она тоже засмеялась, сперва нехотя, так как не совсем доверяла ему, а потом, когда до нее в полной мере дошла комичность ситуации, ее хриплый голос уже перекрыл его бас.

— Над чем мы смеемся? — спросила она наконец.

— Над тем, что все наши разногласия улажены. Вы забыли, каким непослушным ребенком я был, и искренне рады видеть меня опять дома.

Леди Мальвина, сделавшись серьезной, молча кивнула, а затем спросила:

— Ты уже сообщил своей жене?

— Нет еще.

— Но ты должен поскорее успокоить ее. Она, вероятно, тревожится сильнее меня. Пригласи ее сюда, наверх. Мы отпразднуем. Вели Томкинсу поставить на лед шампанское. Мы можем угостить и Тайтуса; немного ему не повредит.

— Нисколько не повредит. Он разделит с нами радость. Ведь он тоже наследник.