Но это мало заботило бабушку. Грейс Хант желала иметь внушительный современный дом, и именно его она и получила. Расположенный на месте разрушенного аббатства, Бриджстоун был более из стекла, нежели из камня. На восходе и закате дом вспыхивал отраженным солнечным светом.

Гордость бабушки была увековечена в камне, штукатурке, мраморе и стекле Бриджстоуна. Ее инициалы венчали восемь башен дома, они же и ее герб украшали каждый камин и потолки, каждую подушку и гобелен. Возведенный в виде прямоугольника с двумя башнями на каждой стороне, Бриджстоун возвышался в округе. Грейс выбрала место посередине между Вестминстером и рекой Флит на севере от Странда. С крыши дома были видны шпили монастырской церкви.

Для Теи Бриджстоун олицетворял уязвленное самолюбие бабушки. Грейс пользовалась высочайшей благосклонностью старой королевы, Марии Тюдор, но теперь на троне Елизавета. Елизавета не любила бабушку, которая однажды имела глупость назвать молодую женщину бастардом, хотя и не в лицо. Теа не любила бабушку тоже. Она не любила ее с того самого дня, как Грейс Хант втолкнула ее на борт корабля и отослала ко французскому двору, лишенную матери маленькую девочку, одинокую, брошенную, которой так была необходима чья-либо забота.

Оказавшись на первом этаже, Теа прошла в кухню в поисках отца, хотя точно знала, что его там нет. Если она будет разыскивать его долго, тщательно, она не найдет его, пока их гостям не наступит время отбывать.

В то время как гости пили вино кэнэри и танцевали лаволту, Грейс Хант отдыхала в отдаленной комнате. С ней была графиня Линфорд, мачеха графа. Будучи близорукой, Грейс сощурилась и поманила нетерпеливо молодую женщину.

- Подойди ближе, Кэтрин, и проверь, закрыта ли дверь.