Эти действия сделали царя чрезвычайно непопулярным на родине, тем более что русские не могли смириться с позорными поражениями, впервые выпавшими на их долю после блестящих побед России во времена Екатерины Великой.

Но в 1811 году царь Александр, прислушиваясь к мнению подданных, отказался посылать своих солдат на помощь Франции и, более того, запретил закрывать российские порты для нейтрального судоходства, а также не поддержал блокаду Англии.

«Меня не оставляет мысль о том, — сказал герцогу Уэлминстеру в Лондоне один известный английский генерал, — что, если дойдет до дела, Россия не будет достойным противником Великой армии Наполеона».

Тогда герцог был склонен согласиться с генералом, но теперь, находясь в России, он испытывал большие сомнения по этому поводу.

Накануне царь показал ему письмо графа Растопчина, губернатора Москвы, и содержание письма показалось герцогу очень убедительным.

Губернатор писал:

«У Вашей империи, государь, есть два могучих защитника — огромные пространства и суровый климат».

— Прекратите думать о войне, Блейк, — сказала княгиня Екатерина. — Я могу предложить более интересную тему.

Герцог посмотрел на княгиню. Он очень хорошо понимал, что предлагает ему Екатерина, но вместо того, чтобы принять это предложение, ответил:

— Думаю, вам пора вернуться в свою комнату.

— У нас еще есть время.

— Я думаю о вашей репутации.

Княгиня засмеялась низким мелодичным смехом.

— Вы единственный среди моих знакомых проявляете заботу о моей репутации. А может, я вам просто наскучила?

Без сомнения, она считала это абсолютно невозможным. И герцог с едва уловимой насмешкой ответил:

— Ну как я могу быть таким невежливым?

— Вы очень хороши собой, — сказала княгиня. — Вам, наверное, уже много раз об этом говорили. Я обожаю красивых мужчин! А более очаровательного любовника, чем вы, просто не могу себе представить.