Тебя уже не вернуть.

Что же, душа моя. Как тебе такая рокировка? Любовь на боль? Тепло на Пустоту?

* * *

Март, 1833 года.

— Гаспар, ты не можешь меня вот так выгнать. Это ведь и мой дом тоже!

Неужели он думает, что эти бредни хоть как-то на меня подействуют?

Я валялся в своем любимом кресле, заворожено всматривался в камин. Наслаждался игрой пламени.

— Гаспар, Лизи беременна. Мы не можем уехать… Прошу… Брат…

О! Неужели за двадцать три года я впервые дождался твоего признания в нашем родстве?

— Прошу, ради будущего рода Дерби. У нас будет малыш…

Риччи, Риччи, ты хоть уверен в том, что отец ребенка — ты?

— Прошу, Гаспар.

— НЕТ.

* * *

— Гасик, милый мой, ты не можешь нас вот так вышвырнуть без пенни в кармане. Милый…

— Почему же не могу?

— Потому, потому… что я жду твоего ребенка.

Эх, Лизи, Лизи, не умеешь ты лгать. Как никогда не верил в твою любовь, так и сейчас не верю в это нелепое откровение.

Ужас. Ужас. Как я вообще мог водиться с такой… мразью…

Как низко ты готова пасть, лишь бы остаться в "сливках" общества, в шике и достатке.

— Завтра что бы съехали. Вы уже прилично меня достали. НАДОЕЛИ.

Глава Четвертая

25 января, 1834 г. Англия.

Ракель Ферер.

Снежная королева. Идеальная красота, идеальная грация, невероятная внутренняя сила.

В ее речах, в ее поведении, в ее глазах я видел мудрость, уверенность в себе и презрение. Презрение ко всему миру. Ко всему, кроме Гаспара Дерби. Удивительно, правда? Повезло? Не думаю.

Я давно уже не считаю человеческую симпатию или любовь везением. Это — либо результат моих действий, либо результат их глупости. И только.