— Вы промокнете, — сказал он, закрывая Мэган зонтом.

Она с удивлением посмотрела на него. Надо бы испугаться непрошеного благодетеля, но было нечто в его мягком спокойном голосе, в выражении его лица, что превратило этот жест в элементарную вежливость воспитанного человека.

— Спасибо, — ответила Мэган. — Но дождь, кажется, не сильный.

— И все равно вы промокнете, пока до машины дойдете, — улыбнулся он. — Да и цветы тоже. Это вам. — Он протянул Мэган букет.

Розы были чудо как хороши — только что распустившиеся, свежие, на крепких толстых стеблях, с редкими капельками дождя на белоснежных лепестках. Целительная сила их аромата отвлекла ее на мгновение от горьких мыслей, и уже за это Мэган была благодарна незнакомцу.

— Спасибо, — второй раз прошептала она.

— Я был на спектакле, — сказал мужчина. — Вы прекрасно играли.

Мэган улыбнулась.

— Но у меня сложилось впечатление, что вас что-то гложет, — продолжал мужчина. — Что-то очень неприятное. Вы были одновременно и на сцене, и в каком-то другом месте. Причем в плохом месте.

Его негромкий голос завораживал, и Мэган ощутила странное желание довериться этому мужчине, выплакать на его плече свою боль. Незнакомец, вынырнувший из ночного сумрака, вряд ли будет издеваться над ней. Он просто выслушает с мягкой понимающей улыбкой, и ей станет легче.

— Вы угадали, — сказала Мэган. — Мне действительно очень плохо.

— Из-за вашего мужа?

— Вы умеете читать мысли? — невесело рассмеялась она.

— Нет, я просто умею читать. Эти… сплетни напечатаны во многих газетах.

— К сожалению, это не сплетни, а чистая правда.

— Мне очень жаль.

— Мне тоже, — вырвалось у Мэган.

— Но вы переживете. Вы сильная женщина и сумеете справиться. Я говорю банальности, конечно, но он… он вас не достоин.