- Пока, дорогая, - вкрадчиво произнес он и, по-кошачьи мягко ступая, вышел из комнаты. Роберт надеялся, что Кэндоверу удастся уговорить ее остаться, а это было бы весьма и весьма неплохо.

***

После ухода Роберта Мегги не стала сразу же вызывать горничную, чтобы та занялась туалетом хозяйки. Облокотись о трюмо, она грустно посмотрела в зеркало. Мегги чувствовала опустошение и тоску. Не стоило соглашаться на эту встречу. Рейф Уайтборн действительно поступил тогда очень дурно, но жестокость его была вызвана той болью, которую ему причинила она, так что Мегги, увы, была лишена удовольствия ненавидеть обидчика.

Не было ненависти, но и любви тоже не было. Та Марго Эштон, считавшая, что после разрыва с Рейфом рухнет мир, умерла двенадцать лет назад. За эти годы Мегги довелось повидать множество самых разных людей. Благодаря Роберту, взявшему ее под свою опеку, она почувствовала себя в силах жить дальше и радоваться жизни. Рейф Уайтборн стал всего лишь горько-сладким воспоминанием, воспоминанием, которому никогда не обратиться в плоть и кровь, никогда не войти в ее реальную жизнь.

Любовь и ненависть - две стороны одной медали, в этом Мегги пришлось убедиться на собственном опыте. Полной противоположностью и тому и другому чувству является безразличие.

Поскольку сейчас Рейф был ей безразличен, ставка на месть была неуместна. Единственное, чего она хотела, - поставить точку на той части своей жизни, которая была связана с ее секретной деятельностью.

А больше всего Мегги хотелось завершить дело, откладываемое из года в год, а потом вернуться домой, в Англию, в которой не была уже лет двенадцать. Там она начнет новую жизнь, на этот раз без Роберта. Ей, конечно, сильно будет его недоставать, но и в одиночестве есть своя целительная сила. Мегги прекрасно понимала, что после стольких лет близости не сможет полностью выбросить Роберта из своей жизни, если, конечно, он будет где-нибудь поблизости от нее.