— Слушай, ты, ирландская сука! — прохрипел он, дергая цепь. — Думаешь, ты выше и лучше меня, да? Думаешь, тебе есть чем гордиться? Ошибаешься, жаба! Ты недостойна даже слизывать плевки с моих башмаков!

Шимейн чуть не задохнулась от зловонного дыхания матроса и невольно поморщилась, когда железные браслеты впились в запястья. Впервые увидев Джейкоба Поттса, она тут же испытала непреодолимое отвращение к этому человеку. По приказу капитана женское помещение оставалось запретным для всех, кроме избранных членов экипажа, но Поттс пренебрег этим приказом и с надменностью султана в собственном гареме, расхаживал возле их камеры, соблазняя самых миловидных краденой едой, свежей дождевой водой и другими необходимыми вещами — до тех пор, пока в отчаянии некоторые не соглашались уступить его домогательствам. Их позор и унижение разделяли соседки по камере — все до единой понимали, к чему мерзавец принуждает своих жертв. А тем, кто в омерзении отворачивался, Поттс громко и доходчиво объяснял свои требования, не стесняясь в выборе выражений и заставляя краснеть самых невинных.

Вскоре нелегальные визиты Поттса узницы стали встречать гробовым молчанием и поочередно отвергли его — все, кроме Моррисы Хэтчер, которая неизменно соглашалась на его гнусные предложения. Но, исполняя желания матроса, эта блудница преследовала свои корыстные цели, опутывая его словно паутиной до тех пор, пока они не поменялись ролями. Внезапно оказалось, что это Поттс исполняет приказы Моррисы и спешит удовлетворить каждую ее прихоть.

Отбросив осторожность, Шимейн рискнула нанести коварный удар:

— Если бы только миссис Фитч узнала, что ты получаешь в награду за ложь обо мне!

Поттс вскипел: девчонка угрожает ему!