Несколько лет после армии он просидел в закутке на компьютерном рынке. Обнулял память подержанных мобильных телефонов. Менял индивидуальные номера. Полировал корпуса и печатал инструкции для пользователей. Короче, превращал подержанный мобильник в готовую к продаже новенькую фирменную трубку.
Работа Кириллу не нравилась — скучная! — но платили довольно прилично, и он мирился. Лишь недавно понял, что губит себя, все глубже увязая в житейском болоте, постепенно привыкая к простой растительной жизни.
Он снова стал подумывать об учебе.
И начал искать другую работу.
Глава 3
Деревенская гостья
«Ничего себе — сестрица!»
Григорий слепо толкнулся в закрытую дверь ванной, где шумел душ и смеялись мама с этой… как ее… Васей!
Предательница Лерка крутилась там же, подхихикивая за компанию. Один он сиротой казанской бродил по квартире, совершенно никому не нужный.
Гриша мрачно усмехнулся: вот она — справедливость, вот место в доме современного мужчины. Нет, пора перебираться на Восток!
Юноша вдруг вспомнил, как они ровной шеренгой выстроились у входа в четвертый вагон, встречая гостью, и невольно застонал: «Представляю, какими редкостными болванами мы смотрелись со стороны! Тройка идиотов, бдительно пожирающих глазами всех выходящих…»
Его передернуло: ждали, кретины сладкие, когда из вагона покажется нечто широкое, румяное, сугубо деревенское, обвешанное переполненными сумками да корзинами. Это как раз соответствовало их представлениям о глубинке. И естественно, они не обращали внимания на других пассажиров, не подходящих под нужный стереотип.
Григорий раздраженно фыркнул: а кого им было ждать?!
Мама говорила: Васькино лесничество — меньше любой самой захудалой деревеньки. Десяток домов и крошечный магазин, где продавалось все подряд: колесная мазь, швейные иглы, хлеб, крупы, конфеты, детские игрушки, презервативы и валенки на зиму.