Но мысли Чарли вновь возвращались к соседу. Если он веселится, то почему нет обычного шума? Сегодня так тихо, что слышен плеск волн на пляже.

Почему мне не безразлично, что он говорит, думает, делает? Он ведь обыкновенный мужчина, мысли у такого только об одном, а мне это вовсе не нужно! И он мне не нужен. Тощая жердь, вот он кто. Игроки в бейсбол и то красивее! Хотя, пожалуй, не такой уж он и костлявый. И невероятно высокий! Таких высоких я видела только в команде бейсболистов. Где это было: в Италии или во Франции? Я столько путешествовала, что начинаю забывать, что в какой стране было. И он еще говорит о своем одиночестве!

Он сильный. Трижды в неделю он притаскивает цинковую ванну для купания свиньи, наполняет ее водой и запихивает туда Сэма, что требует определенной сноровки. Чарли засмеялась, вспомнив эту картину. А холодный взгляд его карих глаз? И почему у этого свирепого типа такие красивые темные волосы? Это просто нечестно! – Напыщенная каланча!

Наконец в доме напротив послышался шум, задняя дверь закрылась – это Сэма выпроводили на вечернюю прогулку. Маленькое чудище не спеша потрусило вокруг ограды и направилось прямо к боковой двери ее дома.

Чарли отодвинулась от окна и затаила дыхание, так как входная дверь плотно не закрывалась.

– Завтра, – пробормотала она, – починю задвижку.

Сначала Сэм исчез из поля зрения, потом послышались глухие удары в дверь, потом все стихло, словно свинья собиралась с силами, а потом раздался лязг упавшей задвижки – и в распахнувшуюся дверь неторопливо прошествовал Сэм. Он прямым ходом направился к Чарли, словно отлично видел в темноте, и стал тыкаться носом в ее босые ноги.

– Это уж слишком.

Чарли фыркнула и почесала ему рыльце.

– А теперь, малыш, отправляйся домой.