— Ох!

Он не сразу понял, но через секунду отпрянул в испуге. Ее шея, неужели он сделал ей больно? Он отодвинулся, но держал ее за руки, пока дыхание приходило в норму. Она тоже приходила в себя, но на лице была гримаса боли.

— Я тебя задел, — выдохнул Кент. Какой же он бессердечный идиот! Почему мужчины такие неуклюжие? Он поклялся себе, что больше никогда не причинит ей боли.

— Нет, — сказала она, но руками тянулась к «ошейнику», и гримаса не проходила.

— Черт, Рыженькая, я тебя поранил. Одевайся, поедем к врачу.

— Не надо, — повторила она уже более твердым голосом. — Все хорошо. Просто я немного испугалась. Дай мне руку, хорошо? И вытащи мои волосы из-под металла.

Она повернулась спиной и потянула за волосы. Он осторожно помогал, повторяя:

— Ты уверена, что я тебя не поранил?

— Да. Для этого тебе бы пришлось разрезать этот чертов воротник.

Рози снова повернулась. Кент попытался дотронуться до нее, но Рози отшатнулась. Она была бледна, волосы спутаны.

— Я с самого начала знала, что ты — это беда. С той самой минуты, как почувствовала запах твоего лосьона.

— Да не пользуюсь я лосьоном. — Кент снова протянул руку, но она быстро поставила стул между ними.

— Не надо нам начинать то, что мы оба не сможем закончить, — сказала Рози, глядя на него.

Взгляд у нее стал совсем благочестивым. Кент состроил гримасу и быстро сказал:

— У меня сил хватит.

— Тебе бы дрова рубить, — ответила Рози. — Мне надо привести себя в порядок.

И она быстро пошла к двери.

Она задела плечом дверной косяк, но даже не остановилась. Кент смотрел ей вслед со смешанными ощущениями. С одной стороны, он чувствовал разочарование, с другой — ничего еще не было потеряно. Слава Богу, он не причинил ей вреда. Ему нравилась Рози. Пожалуй, даже больше чем нравилась.