— Когда на виллах появятся жильцы, я, возможно, смогу взять Габриэллу на работу горничной или уборщицой, — предложила Каран. — И Бенита тоже может устроиться сюда.

Он просветлел в счастливой улыбке и схватил ее за руку.

— Да, да, это будет очень хорошо для нас, мы будем стараться, — пообещал он.

В тот вечер она решила, что с ее стороны будет достойным жестом, если она поужинает в «Эль Каталане», где работает Фелиппе. Он подал ей превосходный ужин, и она вознаградила его щедрыми чаевыми.

Прошла почти неделя, но от миссис Парментер все не было известий. Без денег, которые могли бы наконец заставить двигаться заржавевшее хозяйство поместья, Каран ничего не могла сделать. Пока занятий у нее было не так много, хотя она понимала, когда начнется сезон, она наверняка собьется с ног и свободной минуты у нее не будет. Как-то днем Каран брела вдоль берега, отдаляясь от Альбаросы. Дон Рамиро сказал ей, что здесь неподалеку находится его вилла, но она дошла уже до конца песчаного пляжа, по кромке которого росло несколько сосен, и не увидела ничего, кроме скал, врезающихся в море, и, туда-сюда полазив по ним, она повернула назад.

Как только Каран возвратилась домой, она услышала мужской голос:

— Мисс Ингрэм! Вы дома?

Она торопливо пошла к двери и открыла ее. Человек, стоявший на крыльце, показался ей знакомым.

— Я — Поль, — объявил он. — Племянник миссис Парментер.

— Ах да, конечно. Заходите, пожалуйста. — Она видела его только в аэропорту и совсем не была готова к его внезапному появлению здесь.

— Вы уже получили письмо от тетушки, в котором она написала, что я еду к вам? — спросил он.

— Нет. Я сегодня утром ходила на почту, но от миссис Парментер ничего не приходило.

— О, какая неудача. Ну ничего. Вот, я здесь, так что все в порядке. Я оставлю свои вещи у вас на веранде.