Каран вдруг захлестнул испуг. Во что она ввязалась? В следующую минуту она корила себя за малодушие: с чего она взяла, будто любой незнакомец в этой стране намерен ее похитить?

— А здесь есть какая-нибудь гостиница, где я могла бы остановиться? — спросила она, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Я отвезу вас к своему другу, там о вас позаботятся. Утро вечера мудренее.

Они были в центре тихого города, некоторые бары еще были освещены, и время от времени одинокие фигуры перебегали улицу, чтобы укрыться где-нибудь от проливного дождя.

— Подождите здесь, пока я не договорюсь обо всем с сеньорой Молиной, — скомандовал дон Ра-миро и быстрыми шагами пересек мостовую. Распахнув створку двери, он исчез за ней.

— Все в порядке, — сообщил он через пять минут. — Сегодня вы проведете ночь у моих друзей. Берите свою сумочку, а я выгружу остальной багаж.

Хотя Каран быстро выскочила из машины и бегом кинулась к открытой двери, проливной дождь успел намочить ее, и она, едва не споткнувшись на пороге, влетела внутрь. Навстречу ей вышла пожилая полная женщина.

— Bienvenido!

— Простите, что причинила вам столько беспокойства, — старательно начала Каран на испанском.

Сеньора взмахом руки отмела ее извинения:

— Я всегда рада услужить дону Рамиро. Каран провели к изогнутой каменной лестнице, потом в комнату, заставленную громоздкой темной мебелью, где продрогшая на холодном сыром ветру девушка согрелась и успокоилась.

— Сначала — стакан вина, потом надо поесть, — заявила хозяйка.

— Да, вина, пожалуй, — согласилась Каран, — правда, дон Рамиро уже угостил меня ужином в Альмерии.