Наташа продолжала тянуть к себе его ладонь, к себе, к себе, а Сашка и не противился. И она положила его руку прямо на свое тело. Да, да, именно туда, между своих ног! Конечно, поверх платья, но Сашка едва не подскочил, он сразу почувствовал под пальцами бугорок ее лона. А от ее следующих слов он едва не потерял дар речи.

— Потрогай, раз тебе так хочется, — тихо сказала Наташа.

Сашка очумел от счастья.

Можно? Правда?

И он потрогал. Осторожно и бережно.

Совершенно естественно их поцелуй продолжился, но это был уже совсем другой поцелуй, потому что вздрагивающие, нетерпеливые пальцы паренька касались тела девочки, и она его не отталкивала. И он провел рукой ниже, и, захватив край юбки, снова двинул ладонь вверх, и его опять не останавливали.

Значит, можно? Неужели, можно? Но спрашивать было глупо, и Сашка продолжил двигать руку, под ладонью была неописуемо нежная, волшебная кожа, и вдруг, (почему-то получилось вот так, вдруг) он коснулся ее трусиков.

Сашка всегда удивлялся, почему этот предмет девчачьего туалета имеет такую притягательную силу? Даже тогда, когда он, этот предмет, существует, так сказать, сам по себе. Сашка ловил себя на том, что он часто останавливался у витрины магазина, где были выставлены всевозможные образцы указанных изделий и тайком рассматривал их. Каких тут только не было! И в клеточку, и с цветочками, и кружевные, и голубые, и белые, и розовые — на любой вкус! Сашка смотрел и не мог оторвать глаз. Придумают же! Вот эти, с застежками, как же их снимать? А к этим приделаны еще и резинки для чулок. Сложно как! А эти в клеточку, прямо на них нарисован какой-то кроссворд. Интересно, когда его нужно разгадывать? До или после? А вот семьдесят второй размер. Про такие пацаны говорили: "Чехлы от танков". А вот конструкция — три тонких ленточки. Такие, наверное, должны резать попку. Как же иначе? Должны резать. А эти, черные, какие они… Сексуальные. Сашка смотрел и смотрел на витрину.