Застегивая на Ранде белый пояс, Джек, не удержавшись, с отвращением прошептал:

- Не ослабить ли мне его, Энгуиранд Фицмарк?

Услышав это, Эдвард, дородный герцог Йоркский, весело фыркнув, с притворной строгостью заметил:

- Попридержи язык, негодяй!

Темные глаза короля Генриха гневно сверкнули из-под копны прямых каштановых волос.

- Оставь свои насмешки, кузен! Это Том придумал титул "Незапятнанный" кроме того... - Генрих внимательно посмотрел на посвящаемого в рыцари юношу. - Я тоже нахожу его очень подходящим. Честное слово, Ранд, интересно узнать: ты родился с таким невинным выражением лица или просто изображаешь святость? Не спеши с ответом. Впереди у нас долгая ночь, мы еще успеем поговорить на эту тему.

Король снисходительно улыбнулся, встретив ошеломленный взгляд Ранда.

- Да-да, - подтвердил Генрих. - Я собираюсь бодрствовать с тобой всю ночь.

Ранд почтительно опустился на одно колено и склонил голову:

- Ваша Светлость, Вы оказываете мне слишком большую честь!

- Посмотрим, Энгуиранд Фицмарк, не изменишь ли ты утром свое мнение.

Король повернулся и решительно направился по извилистым переходам Вестминстера к винтовой лестнице, ведущей в часовню, построенную Генрихом в честь своего отца. Все молча двинулись вслед на ним.

В часовне подле алтаря лежали новые доспехи Ранда, а на самом алтаре красовалась его шпага.

Епископ отслужил мессу, затем нараспев провозгласил:

- Услышь, о Господи, наши молитвы и благослови своей величественной правой рукой шпагу, которую твой слуга жаждет прикрепить к поясу!

Ранд стоял, будучи не в силах оторвать взгляд от подарка короля Генриха. Прикрепить к поясу... Юношу охватило странное волнение, словно предчувствие грядущих испытаний. "Скорее всего, она навеки сделает меня своим узником", - подумал Ранд. Шпага была инкрустирована золотом и, казалось, внимательно смотрела на него огромным сверкающим на рукоятке изумрудным глазом.