Временами ее захлестывала паника. Вера со страхом оглядывалась на свое прошлое и не находила там ничего, что позволяло бы ей совершить этот ответственный шаг. Теперь она все чаще называла себя легкомысленной эгоисткой. Она боялась, что физически не сможет выполнять свои обязанности, что ее разум помутится безвозвратно и это будет настоящая трагедия для дочери, мужа. Главное, она только теперь задумалась о возможных отклонениях с психикой у малышки. Воображение Веры рисовало страшные перспективы. Это стало причиной разрушающего отчаяния. Ей нужно было раньше думать обо всем этом! Испытывая чувство вины за то, что не смогла побороть природный инстинкт и внять голосу разума, Вера впала в тяжелую депрессию.

Ей не с кем было разделить заботы, поделиться мыслями, хоть на время сбросить с себя кажущийся невыносимым груз: муж самоустранился, о матери она давно ничего не знала, отец за сотни километров. Да и не смогла бы она объяснить отцу всего, что чувствовала. Ей было стыдно напоминать о себе жалобами, просьбами. Вера посчитала необходимым сообщить ему о рождении внучки, и только. В ответ получила поздравительную открытку с пожеланиями здоровья и радости. Собственно говоря, Вера и не рассчитывала на иную реакцию. Спасибо и за это. Они давно отдалились друг от друга, поддерживая отношения лишь формально: открытки и звонки к праздникам, дням рождения. Вера смирилась с этим, потому что понимала — здесь ее вина и рано или поздно придется расплачиваться за ошибки. Значит, неоткуда было ждать поддержки, в которой она так нуждалась. Может быть, ей хватило бы теплого слова, способного порой творить чудеса, но не было ни слов, ни действий. Нужно было набраться терпения и ждать. Время обладает удивительным свойством делать все, что кажется непосильным, каждодневной работой, выполняемой автоматически. Привыкаешь ко всему — и к рутине, и к грубости, и к безысходности.

Успокаивало Веру только то, что у нее росла Ксения. Смысл существования Вера видела в том, чтобы сделать счастливой свою дочь.