Конечно, это ребячество, но когда она неожиданно лишилась родителей, дед говорил, что они – как звезды – на небесах и оттуда присматривают за ней.

Келли улыбнулась. Несмотря на пустоту в душе, приятно верить, что Дэниел и ее родители сейчас вместе… Но иногда она обижалась, что они оставили ее на земле.

– О, немедленно прекрати жалеть себя.

Келли резко отвернулась от хижины, решив уехать, даже не заглядывая внутрь, не окликая возможного обитателя. Вокруг никаких следов шин – ни автомобильных, ни велосипедных. Никого нет в этом богом забытом месте! Идиотизм стоять здесь с огромным пистолетом за поясом и размахивать фонариком. Она должна быть дома. Скоро проснется дедушка, и они вместе позавтракают.

– Время истекает, – прошептала она. – Когда-нибудь и дед станет мерцающей звездой, которая не сможет поговорить с тобой.

Келли сделала два шага, затем насторожилась и втянула носом воздух. В прохладном свежем воздухе чувствовался слабый, но отчетливый запах. Дым. Она снова повернулась к хижине, подумав, что ночи еще слишком теплые, чтобы разводить костер внутри. Действительно, над отверстием в крыше не вился даже слабый дымок.

Келли медленно провела рукой с фонариком в поисках остатков костра и неподалеку от ветряка заметила аккуратно выложенное из камней кольцо.

Кто-то был здесь! Когда?

Большинство бродяг роется в мусорных баках на задворках роскошных ресторанов Седоны. В голову пришло единственное логическое объяснение: какой-то охотник пристрелил зайца – их вокруг города тучи – и поджарил его.

Сгорая от любопытства, Келли подкралась к остаткам костра и опустилась на колени. Камни еще теплые. Луч фонарика поймал что-то на плоском камне поблизости. Она вгляделась и, вскочив на ноги, взвизгнула от отвращения.