Она обернулась и посмотрела на заднее сиденье. Джесси по-прежнему спала, уютно свернувшись под ярким полосатым одеялом. В свете луны, озарявшей ясную ночь, лицо девочки казалось совершенно безмятежным.

Вид спящей дочери придал Сонни сил. Правильно она сделала, что взялась за эту работу под чужим именем. «Ограничительные меры» не действовали, и Клифф продолжал ее преследовать. Но она сделала все возможное, чтобы он не мог осуществить свои угрозы.

Решив, что лучше об этом не думать, Сонни откинулась на спинку сиденья и попыталась успокоиться. От доктора, казалось, исходило какое-то особое тепло, и она вдруг почувствовала, что у нее быстрее забилось сердце. Впрочем, сейчас ей было не до этого – не хотелось разбираться в своих чувствах.

Вскоре пейзаж за окном изменился, теперь фары то и дело выхватывали из темноты сосны, и по мере приближения к горам их становилось больше. Ее окружала почти абсолютная тишина, только глухо урчал мотор и на отдельных участках извилистой дороги изредка шуршали шины. Над зеркальцем же заднего обзора висели две каменные фигурки животных – связанные кожаным шнурком, они мерно постукивали друг о друга.

В какой-то момент Сонни не выдержала и рискнула заговорить:

– Что-то не похоже, что будет снежная буря. – Ей показалось, что в тишине голос ее прозвучал как-то очень странно.

Доктор покосился на нее и ответил:

– Перед бурей всегда бывает затишье.

Его низкий мелодичный голос вызвал у нее дрожь во всем теле. И теперь уже стало совершенно очевидно, что этот мужчина ее заинтриговал. Причем казалось, что в лунном свете он еще больше походил на индейца.