— Многовато.

— Я не ослышалась? — переспросила Эмма, изогнув уголки рта в улыбке. — Похоже, ты жмот или испугался?

Слова ее возымели эффект. Чувство оскорбленного достоинства заставило Коннора произнести следующее:

— Я стану победителем. Вот увидишь, что я сделаю с тобой!

— Ой! И что же ты со мной сделаешь? — вкрадчиво спросила Эмма.

Не дожидаясь ответа, девушка склонилась над столом и, отведя руку с кием назад, принялась выбирать цель.

Взору Коннора открылась ее роскошная грудь, готовая в любое мгновение выскочить из выреза топика.

У молодого мужчины перехватило дыхание. Внезапно он понял: он хочет обладать Эммой прямо в этом зале, на гладком сукне, на этом самом бильярдном столе.

Дьявол. Наваждение какое-то. Коннор в отчаянии потер лицо, едва не шлепнув себя по щеке. Но он желал Эмму. Сейчас. Желал сильнее, чем кого-либо в своей жизни.

Однако испытывает ли Эмма то же самое?

С какой стати?

Девушка нанесла удар, и шары с глухим стуком раскатились по зеленому полю. Улыбнувшись, она взглянула на Коннора.

— Ты готов к потере двадцати долларов? — поддразнивающим тоном спросила Эмма.

— Издеваешься? — Коннор провел ладонью по деревянному краю стола. — Зря.

— Не злись, Коннор. Просто я предпочитаю выходить победительницей из разного рода поединков.

— Правда? А если эта битва закончится моей победой, сыграем во что-нибудь еще?

Эмма весело взглянула на Коннора.

— Надо подумать.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Эмма Джейкобсен была довольна. Она торжествовала.

Коннор проиграл ей две партии подряд. У него даже не нашлось смелости приструнить смеющихся посетителей бара, которые, окружив бильярдный стол, с интересом наблюдали за соревнованием, явно находясь на стороне девушки. Впрочем, на их месте он и сам бы поиздевался над парнем, проигрывающим удар за ударом хрупкой сопернице.