— Бедняга Сэм. Как трудно тебе живется! Но не отвлекайся. Я смотрю, она еще раз посетила салон.

— Да, вот она едет на своей старой машине. — Сэм не понимал, что с ним происходит. Неужели он злится из-за того, что Пейдж Холидей оказалась порядочным человеком и теперь совесть помешает ему затащить ее в постель?

— Вижу, действительно машина старая. Она передумала? Вернулась за новой?

— Дядя, ты просто инквизитор какой-то. Я оказался не прав, а ты меня же заставляешь об этом подробно докладывать. Просто досмотри до конца фотографии, и все поймешь.

— Какой ты сегодня чувствительный. Глотни еще виски. — Перебрав до конца всю стопку и глядя на последний снимок, старший Бэлфор задумчиво произнес: — Можно было бы сейчас позлорадствовать, но я не таков. Твой старый дядюшка по-настоящему рад, что у приюта теперь есть новенький микроавтобус. Только ведь это совсем другой автомобиль. Сэм, не молчи, скажи что-нибудь.

— Мисс Холидей обменяла фургон, который выбрал ты, на микроавтобус вместимостью до пятнадцати человек и отдала его в детский приют. Она еще выторговала выгодную гарантию, объяснив менеджеру, что сирот нужно, как можно чаще куда-нибудь вывозить, а автобус приюта постоянно на ремонте. Кстати, мне пришлось компенсировать салону дополнительные затраты.

— Сдается мне, фургон, на котором она ездит, тоже должен быть постоянно на ремонте.

— Думало, да. Ему лет десять, если не больше. — Когда Сэм наблюдал, как воспитанники приюта уезжают на экскурсию в полученном от Пейдж микроавтобусе, у него зародился некий план, и пора приступать к его реализации. — Так что, дядя, ты выиграл, нашел еще одного доброго самаритянина, вернее, самаритянку в этом жадном и жестоком мире. Теперь мой ход.

— Твой ход? Что ты имеешь в виду? — Дядя Нед не мог глаз оторвать от фотографий приютских детей.

— Обычно я организую рождественский прием в каком-нибудь роскошном отеле. Но на сей раз у меня другие планы. Прием, дядя, пройдет здесь, в этом доме. И я знаю отличного декоратора. Надеюсь, она сможет отвлечься от своих развратных лебедей.