– Лоренс! – Декстер тепло поприветствовал режиссера, поравнявшись с его столиком.

От киномагната пахло эксклюзивным мужским парфюмом и очень дорогим вином. Декстер как-то сказал, что именно так и должен благоухать, впрочем, чуть заметно, настоящий мужчина. – Мое почтение, Нэнси. – Галантно склонившись, он поцеловал ей руку. – Рад видеть вас снова, моя дорогая.

Кимберли и Лоренс обменялись взглядами.

– Празднуете? – поднимаясь из-за стола, с раздражением спросил Лоренс.

Несомненно, при виде этой женщины у него на душе становилось муторно.

Зеленые глаза предостерегающе сверкнули.

– Нет еще. Да и нечего пока, – равнодушно проронила Кимберли. – Так уж случилось, это любимый ресторан дяди Декстера.

Лоренс довольно часто заходил сюда с Нэнси, но не мог вспомнить, чтобы когда-либо раньше встречал здесь босса.

– Отлично! – Он понимающе кивнул. – Ну и как? Получили удовольствие?

– Более чем, – протянула Кимберли, и в глубине ее зеленых глаз запрыгали бесенята.

Пока вы не появились! – прочитал в них Лоренс недосказанное. Его компания, очевидно, была Кимберли так же неприятна, как ему ее. И это тоже раздражало Лоренса.

Да что ж это такое! Он постоянно раздражался и нервничал с того самого момента, как Декстер упомянул имя своей крестницы. Он не льстил себе надеждами, что все женщины попадают под действие его неотразимого шарма. К тому же, и он приложил к тому некоторые усилия, большинство людей согласились бы, что шарм и Лоренс Роско несовместимы. Но то, что он привлекателен, признавали многие. И репутация «звездного» режиссера действовала на женщин почище наркотика. Отчего же у Кимберли к нему антипатия?

– Как прошел день? – поинтересовался Декстер.

Как будто я обязан перед тобой отчитываться! – мысленно огрызнулся Лоренс.