Стоит заметить, что семья пастора была чужой здесь, они сравнительно недавно поселились в деревне, но так и оставались чужаками вот уже лет шесть. Новый пастор сменил предыдущего священника, который около полувека исполнял обязанности до самой своей смерти.

И сейчас для Кармелы существовало только одно — она снова входила в замок и вновь видела перед собой образец совершенного вкуса, царившего во всем его убранстве.

Портьеры не просто шили из дорогой парчи, но их тщательно подбирали под цвет стен, сохраняя тот же мягкий и. спокойный оттенок. Картины повсюду радовали взор.

В комнатах в больших вазах стояли цветы, их благоухание ощущалось уже издали. Слуги в удобной, умело пошитой форменной одежде доброжелательно улыбались Кармеле, которую они хорошо знали. Все вокруг будто говорило ей, что и она сама, подобно Фелисити, вернулась домой.

Фелисити, скинув плащ и сняв шляпу, направилась в очаровательную гостиную, еще с детства считавшуюся у обеих девочек их собственной.

Графиня обставила эту комнату специально для внучки.

Синяя обивка диванов и стульев гармонировала с цветом глаз Фелисити, по стенам были развешаны картины в стиле Фрагонара, изображавшие элегантных молодых женщин, Кармела никогда не сомневалась, что ее подруга не уступает в изяществе героиням сюжетов этих полотен.

— Хотите что-нибудь освежающее, ваша светлость? — поинтересовался дворецкий, не переступая порог гостиной.

Фелисити посмотрела на Кармелу, но та отрицательно покачала головой.

— Нет, спасибо, Бат.

Дворецкий закрыл дверь, и они остались одни.

— Ты уверена, что не голодна? — уточнила Фелисити. — Ты же не съела тот ужасный завтрак!

— От одного воспоминания о завтраке меня начинает мутить! — ответила Кармела. — О, Фелисити, я не смогла присматривать за детьми. По крайней мере — за такими детьми!

— Меня это не удивляет, — заметила Фелисити. — Как ты вообще решилась на подобную глупость? Кто тебе сказал, будто это то место, где ты была бы счастлива?