Дождь перестал, когда он подъезжал к «Старбаксу», но кляксы облаков закрывали полную луну почти целиком. Куинн сошел с тротуара и направился через парковку к черному фургону. Люси была такой же медсестрой, как он водопроводчиком. Но это он знал с самого начала их переписки. Он знал, что она солгала в анкете практически в каждом пункте. Он знал также, чем она зарабатывает на жизнь. К моменту их встречи сегодня, он знал куда больше о ней, нежели она о нем. Он знал, что она блондинка, что рост у нее пять футов семь дюймов, а вес – сто тридцать фунтов. Он знал, что она родилась в больнице в центральной части города, а росла в Норт-Энде, где и жила до сих пор. Он знал, что отец бросил их, когда Люси было одиннадцать, и, вероятно, это во многом определило ее отношение к мужчинам. Он знал, что она получила образование и продала первый детективный роман шесть лет назад. А еще он знал, что за последние пять лет ее трижды штрафовали за превышение скорости и дважды за то, что она проехала перекресток на красный сигнал светофора.

Но вот чего он не знал, так это того, что ее глаза были гораздо более глубокого голубого цвета, чем на водительских правах или пыльных внутренних листах суперобложек ее книг. Волосы ее были светлыми, с золотыми прядями, а губы куда полнее, чем на фото. Входя в «Старбакс», он знал, что ему предстоит встреча с красивой женщиной, но он не был готов к тому, что в конечном итоге произошло. По фотографиям не понять, что женщина, которая пишет о серийных убийцах, может быть такой обаятельной.

Куинн шел от одного фонарного столба до другого, не замечая, что ступает в лужи. Когда он подошел к фургону, сбоку опустилось стекло.

– Все записал? – спросил он, вытаскивая футболку из джинсов.