— Вы, наверное, не поняли. Он едва стоит и... — Питер оглянулся через плечо, — и плачет!.

Все ясно, молодой англичанин сбит с толку мужскими слезами в такой ситуации.

— И это должно озаботить меня, потому что... — нарочито растягивая слова, спросил Кристос.

Молодой человек был шокирован.

— Вы не поможете?

— Нет.

При других обстоятельствах Питер не посмел бы высказать свое мнение такому человеку, как Кристос Каридес, но сейчас, из-за необходимости самому улаживать неприятности, он утратил осторожность.

— Хоть Алекс и говорил, что вы холодный, бессердечный подонок, я все-таки ожидал другого!

Кристос улыбнулся, продемонстрировав бело снежные зубы — и абсолютную холодность.

— И, думаю, ошиблись, — он равнодушно огляделся. — Если хотите совета, я бы рекомендовал сунуть Алекса головой в ведро с ледяной водой и насильно влить в него чашку черного кофе. И не беспокойтесь так, — добавил мужчина, — у него стойкость больничной бактерии, не реагирующей ни на какие антибиотики. А теперь извините, я кое-кого жду, — он слегка склонил темную голову.

Потрясенный молодой человек отошел на не сколько шагов, потом вернулся и выкрикнул дрожащим от возмущения юношеским баском:

— Дядя Карл прав! Как и все Каридесы, вы думаете, что выше других, но порой вы ничем не лучше чертовых пиратов — ни морали, ни совести, ни манер!

Кристос ухмыльнулся и на мгновение превратился в пирата, готового ради прихоти перерезать любую глотку.

— Это прямая цитата?

Влажный блеск в темных глазах грека вызвал в Питере давно забытое желание прибегнуть к физической силе. Он, конечно, не сделал этого — как ни злись, а с ума он еще не сошел; Кристосу Каридесу едва минуло тридцать и, кроме того, в нем было не менее шести с половиной футов.

Немного успокоившись, он осознал, что привлекает взгляды окружающих. Пристальное внимание смутило молодого человека, так как было ему гораздо менее привычно, чем его оппоненту. Питер стиснул зубы и, напустив на себя небрежный вид, удалился.