Снова послышалось нестройное бормотание. Осужденных предупреждали о том, что им предстоит учиться, однако идея понравилась далеко не всем. Наконец, после долгих перешептываний, одна из женщин сделала шаг вперед и осмелилась заговорить.

И лицо, и руки бедняжки покраснели и загрубели от постоянного холода и ветра. Однако держалась она высокомерно, даже заносчиво, словно не ощущала тяжести собственного положения.

– Некоторые из нас уже умеют писать и даже считать, так что уроки нам вовсе ни к чему, мисс.

Сара постаралась пропустить мимо ушей обидный, даже оскорбительный тон. В последнее время несчастным пришлось пройти через бесчисленные мучительные испытания, так что завоевать их доверие нелегко. Чтобы освободить души от злобы и подозрительности, потребуются немалые усилия и время.

Мисс Уиллис улыбнулась:

– Очень хорошо. Те, кто уже получил образование, смогут помочь мне в работе. С удовольствием приму ваше сотрудничество, мисс... – Сара на мгновение замялась. – Как вас зовут?

Дружелюбие и благожелательность застали женщину врасплох.

– Луиза Ярроу, – почти машинально ответила она и тут же словно испугавшись подвоха, нахмурилась. – Мне бы не хотелось помогать.

– Решать вам, мисс Ярроу. Нельзя допустить, чтобы во время такого долгого пути дети не имели возможности учиться. Я очень надеялась, что кто-нибудь позаботится о них, пока я буду заниматься с теми из вас, кто заинтересован в продолжение образования. – Сара театрально вздохнула. – Конечно, если никто не захочет помочь...

– Я помогу, мисс! – откуда-то сзади отозвался молодой голос.

Сара взглянула в ту сторону, где стояла доброжелательница и увидела сидящую в камере девочку. Но когда та поднялась, стало ясно, что это вовсе не девочка, а маленькое, словно кукла, существо с вполне женской фигурой.

Сара ободряюще улыбнулась:

– А вас зовут...

– Энн Морис. Я из Уэльса.