— Да, я получила письмо, в котором некая Мейбелл Скотт известила меня о смерти дедушки. Жаль, но я никогда не видела его.

— Ваш дед тоже очень переживал, что ему не довелось познакомиться с вами. Вы намерены жить здесь или хотите продать дом? — поинтересовался старик.

— Нет, мы остаемся. Я уже успела полюбить этот восхитительный край.

Новый сосед Кэтлен одобрительно кивнул и, наконец, представился:

— Меня зовут Лич Джоунз. Я живу неподалеку, вон там, у реки, — он указал пальцем через правое плечо. — Кстати, сегодня моя очередь присматривать за домом Руфа. Его ферма, то есть я должен теперь сказать «ваша ферма», — двумя милями дальше, вверх по дороге.

— Тогда забирайтесь к нам, — предложила Кэтлен, освобождая место в повозке. — Отправимся туда вместе.

Когда Лич устроился рядом, она представила ему своих спутников:

— Знакомьтесь, это Питер Смит и его жена Хэтти. Они мои давние друзья и будут жить со мной.

— Очень рад, — кивнул Лич, не подавая, однако, Питеру руки.

— А кто мои соседи? — поинтересовалась Кэтлен, как только повозка снова тронулась в путь.

Лич с готовностью принялся описывать многочисленных соседей Кэтлен. Она внимательно слушала его рассказ, не упуская, впрочем, возможности полюбоваться красотой окрестных мест.

Через четверть часа Лич завершил, наконец, свое повествование и воскликнул:

— А вот и ваш дом! Вон там, у поворота, где дорога поднимается вверх.

Кэтлен вскочила на ноги, ухватившись за спинку сиденья, не в силах оторвать глаз от живописного домика со всевозможными пристройками и надворными сооружениями. Она подумала о том, что сможет жить здесь в мире и покое, никогда не вспоминая отчима и его жестокие побои. Совсем рядом протекала река, позади дома высились белоснежные вершины Камберлендских гор. Часть земли занимали деревья: дуб, вяз, ореховое дерево, остальная же была готова к пахоте, оставалось только дождаться, когда подсохнет почва.