– Вы могли бы нанять для этой цели работника, – проговорил он через минуту.

– У меня был один несколько лет назад. Но он умер, и я не стала искать замену.

У нее был ежемесячный доход, но до того мизерный, что Делле приходилось экономить буквально на всем. А наемный работник слишком много ел.

– Отчего он умер?

Странно. Почему это его интересует?

– Доктор Талли предположил, что у него были проблемы с сердцем. Фрэнк был человеком немолодым. Когда он не пришел утром завтракать, я отправилась его искать. Он лежал мертвым в своей постели.

– Счастливчик, – заметил Камерон, отправляя в рот кусок яичницы.

– Правда? Я не считаю, что смерть – такое уж великое счастье. Я имел в виду то, что он умер в своей постели.

– А…

Делла подумала о револьверах на его поясе. Камерон, видимо, не собирался умереть в собственной постели.

Ее ночной кошмар снова встал перед глазами, она снова видела похоронный катафалк сквозь густую черную вуаль. К удивлению Деллы, страшный образ быстро исчез, не смея противостоять сидевшему напротив нее живому человеку. Сегодня у нее был кто-то, о ком она могла думать помимо себя самой, помимо мучивших ее кошмаров. И Бог свидетель, это было так приятно!

Приехав в городок Ту-Крикс в Техасе, она с самого начала повела себя неправильно. Послевоенные цены заставили ее искать работу, а единственной свободной вакансией для женщины было место в «Серебряной подвязке». Поначалу горожане сторонились ее, ведь Делла работала только за еду. Но со временем все как-то поутихло.

И все же некоторые до сих пор считали, что в «Серебряной подвязке» она продавала не только спиртные напитки. Правда, теперь женщины, хоть и немногие, уже отвечали на ее приветствия, а мужчины даже снимали шляпы, но друзей у нее здесь не было. Никого, с кем можно было отвести душу. Никому не было до нее дела.

Вдруг оба, Делла и Камерон, словно осененные одной и той же идеей, поднялись из-за стола и вышли на веранду, прихватив с собой чашки с кофе. Опустившись в плетеные кресла, они принялись молча наблюдать за дорогой. В воздухе пахло едой, но Делле все же удалось уловить и другой запах. Запах Камерона. Мыло для бритья, солнечный свет и еще почти неуловимый, чисто мужской аромат, который всегда заставлял ее думать о лошадях и оружии, сигарах и бренди.