— Абигейл принадлежит мне, и если эта тварь ее коснется — она умрет, — процедил Талорк голосом полным не просто угрозы, а обещания.

— Я запрещаю тебе, Сибил. — Сказал барон неистово. — Ты уже слишком давно потеряла все права матери. Теперь она уже не твоя дочь. Теперь она — Синклер.

То, что барон мог жениться на подобной змее, заставило Талорка сомневаться в его мудрости, но он все же надеялся, что у англичанина есть хоть крупица здравого смысла.

— Его король обещал доказательство осуществления брака, — завопила женщина. — Как мы получим его, если он сейчас с ней уедет?

— Он может послать окровавленную простыню через посланника.

— Что, если он этого не сделает? — Сибил обошла своего мужа и стала перед Талорком:

— Вы дали слово своему королю. Действительно ли вы — человек чести или нет?

Ярость Талорка была настолько сильной, что его волк буквально рвался наружу, желая перегрызть горло этой суке.

— Вы смеете подвергать сомнению мою честь?

Он не ждал, пока барон переведет вопрос для своей глупой жены. Его король вынес требование, но у Талорка не было никакого намерения отправлять посланника с окровавленной простыней к этой английской твари.

Он прошел вперед, схватил свою невесту и направился с ней к дому. Талорк зашел внутрь и так сильно хлопнул дверью, что загрохотали стены.

Глава 4

Талорк повернулся лицом к невесте:

— Твоя мать — сука.

— Она больше мне не мать, — ответила Абигейл подавленным шепотом, ужас сковал ее тело. — Сэр Рубен сказал, что теперь я — Синклер. Вы не отрицали это.

— Между тобой и этой правдой стоит только один барьер.

— Моя девственность, — это были не слова, а лишь лёгкое дыхание, сорвавшееся с её губ.

— Да.

Рука Абигейл полетела к горлу, и она диким взглядом осмотрелась: