Она говорила что-то еще, но Эмили уже не слушала. Огромный полутемный зал замка внушал если и не страх, то серьезное опасение. Вокруг сидели и стояли воины в уже знакомых сине-зелено-черных клетчатых пледах клана Синклеров. К счастью, на вошедших женщин никто из них не обратил ни малейшего внимания.

Всадники, которые сопровождали Эмили в пути, казались ей устрашающими, но собравшиеся вместе воины-горцы наводили настоящий ужас.

Она почти прижалась к Кэт и, стараясь не отставать ни на шаг, поспешила через зал и дальше, вниз по ступеням узкой лестницы. Кэт повернула налево, и они оказались в маленькой спальне.

Эмили поставила сумку на кровать рядом с несколькими узлами. В них она узнала ту самую поклажу, которую всадники переложили на спины своих лошадей, как только отправили домой посланный отцом отряд.

Кровать прикрывал все тот же традиционный шотландский плед. Расцветка сохранила неизменные оттенки клана Синклеров. Еще один такой же плед украшал единственный в комнате стул. Возле стены стояли два небольших сундука.

Кэт подняла крышку одного из них:

– Можешь положить вещи сюда.

– Спасибо.

Единственное, о чем сейчас мечтала Эмили, – это свернуться на кровати калачиком и уснуть. Спать и спать – до начала следующего века. Но вместо этого принялась развязывать узлы и аккуратно складывать содержимое в сундук.

– Так, значит, твой брат не готов жениться?

Кэт взялась помогать измученной гостье – ведь та едва держалась на ногах.

– Не готов.

– Почему? Хочет жениться на ком-то еще? Или просто ненавидит англичанок?

– В Хайленде редко заключают браки за пределами клана, – дипломатично ответила Кэт.

Правда, однако, заключалась в том, что миловидная шотландка до сих пор не могла поверить, что брат подчинился повелению короля и согласился жениться на дочери английского барона. Ведь он имел самые веские основания не доверять как англичанам, так и людям вообще. Эмили сочетала в себе обе ненавистные ипостаси, а потому Кэт всерьез опасалась, что брак окажется под угрозой с самого начала – с первой же встречи.