Вздохнув, Эмма провела Харлана в мастерскую, где собрала все предметы, которые по виду имели отношение к мореплаванию.

— Я просто побросала здесь все, что, на мой взгляд, могло иметь какое-то применение, — промолвила она. — Ах, и еще все канаты.

— Шкоты.

— Что, простите?

— Шкоты. На парусном судне канаты называются шкотами.

Эмма быстро взглянула на него.

— А тогда что такое паруса?

— Паруса — это паруса. Канат, прикрепленный к гроту, называется грот-шкот. К кливеру — кливер-шкот. И так далее.

— Что такое кливер?

— Парус впереди грота. Хотя спинакер тоже находится впереди грота.

Эмма покачала головой.

— Все равно я совсем ничего не понимаю.

— Не хотите изучить, чтобы отправиться в круиз вокруг света?

Она вздрогнула от этой идеи.

— За три дня я проделала над собой большую работу, но решиться на такое еще не могу.

— Пройдет время, — сказал Харлан, — и вам это понравится.

— Может быть, — отозвалась Эмма.

Харлан начал сортировать вещи, которые она отложила, и складывать в коробку канаты.

— Их никогда не бывает слишком много, — объяснил он. Потом по той же причине отложил туда же несколько металлических зажимов, затем поднял три куска скрученного металла и взглянул на Эмму.

— Я не знаю, что это, — сказала она. — Они уже были такими изогнутыми, и я подумала, что они для чего-то нужны.

— Когда-то это были кронштейны, или бракеты, но теперь они не годятся для таких целей, — ответил Харлан и бросил их в ящик, который Эмма приспособила для мусора. Потом, к ее удивлению, Харлан наклонился и вытащил из ящика то, что по ее предположению было бесполезными короткими кусками из цветного тонкого пластика, по форме напоминающими надутые баллоны.