— Будем надеяться, — ответила Джейн, наблюдая, как девушка пробирается сквозь толпу и исчезает из виду.

Затем, глубоко вздохнув, стала подниматься по трапу и, показав паспорт и билет, ступила на борт.

И в ту же минуту словно очутилась в другом мире, на другой планете, где роскошь ни для кого не была в диковинку. Вперед выступили два стюарда, один взял ее дорожную сумку, другой — плащ, и пошли следом, сперва вверх, на главную палубу, потом вниз, в отделанный деревянными панелями коридор с красным ковром. На полпути остановились и, отперев дверь, пропустили Джейн в каюту, от великолепия которой просто захватило дух. И очень кстати, потому что, задохнувшись от восторга, она едва удержалась от удивленного восклицания, крайне неуместного и странного в устах богатой, привычной к подобной роскоши наследницы.

— Дальняя дверь ведет в ванную, — пояснял между тем один из стюардов, — этими двумя звонками вы можете вызывать свою личную горничную и стюарда. Телефон соединит вас с любой точкой земного шара.

Дверь за ними закрылась, и, оставшись одна, Джейн дала волю своему любопытству. До чего глупо — она ведь ожидала обычной каюты обычного парохода! Эта же комната была больше ее собственной спальни, а отделка подошла бы, скорее, дворцу, чем каюте. Она обследовала все, восхищаясь изобретательностью проектировщиков, ухитрившихся встроить всю мебель, за исключением кровати и легких стульев. Независимо от хода судна, в каюте ничто не могло перевернуться, кроме матраса!

Обойдя каюту, Джейн уселась на небольшое уютное сиденье у иллюминатора. Аромат цветов в корзине, стоявшей на туалетном столике, щекотал ноздри. Не в силах усидеть на месте, она опять вскочила и закружилась по каюте. Боже мой, какая разница, почему она здесь оказалась; важно, что она здесь, на борту роскошного судна, направляющегося в Средиземное море, среди представителей высшего света и самых выдающихся знаменитостей. "Такая удача выпадает раз в жизни, Джейн Берри", — сказала она себе и зажала рот рукой. Она больше не Джейн Берри, а Джейни Белтон, и надо привыкать думать о себе именно так.