— Кофеварка на рабочем столе справа, кофемолка рядом с ней, кофе — в шкафчике над ними. На шесть столовых ложек — четыре чашки воды, две чайные ложки сахару и щепотка соли. Справитесь?

— Постараюсь, сэр! Желаете чего-нибудь еще?

— Да! Исчезните и займитесь делом, пока я не разозлился и не выставил вас за дверь.

Сделав шутливый реверанс, Лорена убежала. Оставшись один, Ник поднялся, подошел к камину, поправил полено и направился к бару. Поколебавшись, выбрал бутылку «Наполеона», отнес на кофейный столик вместе с двумя коньячными бокалами и придвинул второе кресло. Из кухни доносился упоительный кофейный аромат.

— Неплохо, — признал Ник, когда они устроились у огня и попробовали поданный Лореной напиток. — Не желаете коньяку?

— С удовольствием, только совсем чуть-чуть. У меня был тяжелый день…

Он налил понемногу в оба бокала и протянул один ей.

— Я тут кое-что обдумывал, пока вы занимались посудой.

Ник потер подбородок и посмотрел на гостью. Лорена сидела на краешке кресла, держа бокал обеими руками, и внимательно смотрела на него широко открытыми глазами, окаймленными длинными густыми ресницами.

— Вы красите волосы? — вдруг спросил он.

Лорена судорожно сглотнула и недоверчиво произнесла:

— Вы хотите сказать, что размышляли о цвете моих волос все это время?

— Конечно нет. Вопрос пришел мне в голову только что.

— Это мой натуральный цвет, но не понимаю, какое отношение он имеет к делу.

— Решительно никакого. Этот «Наполеон» очень неплох. — Ник погрел бокал ладонями, сделал глоток и небрежно добавил: — Я решил помочь вам найти мальчика.

Чудесные карие глаза раскрылись еще шире. Наконец-то до сознания Лорены дошел смысл сказанных слов, и она обессиленно откинулась на спинку кресла, безуспешно пытаясь скрыть навернувшиеся слезы.